Автор: 
– Даниил, если не считать третий сет, на мой взгляд, ты показал отличный теннис в матче против игрока, который находится в лучшей форме в своей карьере. Тебе просто не повезло на матчболах.
– Ну, как по мне, это не имеет никакого значения. В принципе, я могу играть в 100 раз лучше, чем играл даже сегодня.
Играл ли я лучше, чем с Ботиком [ван де Зандшульпом] или Трунжеллити? Наверное, да. Играл ли я лучше, чем я умею играть? Точно нет. И даже близко нет.
Поэтому в такой период сейчас единственное, что остается, – это стараться каждый день быть лучше. Если брать сегодня, то я был лучше, чем вчера. Я был лучше, чем позавчера. Но если я смогу каждый день где-то в чем-то быть лучше, то, может быть, я смогу найти свой лучший уровень.
– Конечно, результат разочаровывает, но в плане самой игры и моральной готовности есть на чем строить подготовку к Нью-Йорку.
– Да, я посмотрю. Сегодня вторник, как я понимаю. То есть есть время, вариантов много, что делать.
До матча в Нью-Йорке есть много времени, есть турнир в Уинстон-Сейлеме. Мне нужно будет поговорить с командой и, скорее всего, завтра решить, что мы вообще делаем.
Вариантов много. Можно ракетку убрать и поехать куда-то. Можно ракетку взять и тренироваться (улыбается). Можно играть турнир на следующей неделе. Вариантов много. Нужно решить, какой из них будет правильнее для того, чтобы, скажем так, постараться быть лучше каждый день.
– А что в первую очередь вызвало явное разочарование сегодня?
– Ну, обидно. Три матчбола, я даже их вот сейчас посмотрел.
Первый мог принять глубже. При этом он попал, ну, не в линию, но близко к линии. Это теннис: он мог и ошибиться, но не ошибся, и там уже мне тяжело было.
А второй матчбол был обидный, в принципе. Неплохо бил. Были моменты, где неплохо ударил, и на последний уже сил не хватило. Он вниз полетел.
Опять же, хочешь выигрывать такие матчи – надо забивать. И последний он хорошо подал. И, в принципе, если бы я сразу побежал, может, я бы и достал, но я думал, что он уже забьет.
Бывает. Обидно, но опять же такой период, и ничего с этим не сделать, – сказал Медведев в интервью «Больше!».
